Картины о земной и божьей любви. Тайны великих картин: «Любовь небесная и Любовь земная. Любовь земная и Любовь небесная


Тициан считается одним из величайших живописцев эпохи Возрождения. Художнику не было еще и тридцати лет, когда его признали лучшим в Венеции. Одной из самых известных его картин считается «Любовь небесная и Любовь земная» (Amor Sacro y Amor Profano ). Она таит в себе множество скрытых символов и знаков, над расшифровкой которых искусствоведы бьются до сих пор.




Написав шедевр, Тициан оставил его без названия. В галерее Боргезе в Риме, где картина размещена с начала XVII века, у нее было несколько наименований: «Красота приукрашенная и неприукрашенная» (1613), «Три типа любви» (1650), «Божественная и светская женщины» (1700), и наконец «Любовь небесная и Любовь земная» (1792).



Из-за того, что автор оставил свою картину без названия, у искусствоведов существует несколько версий, кто изображен на полотне. По одной из них, картина представляет собой аллегорию на два вида любви: вульгарную (обнаженная красавица) и небесную (одетая женщина). Обе сидят у фонтана, а Амур является посредником между ними.

Большинство исследователей придерживаются мнения о том, что это полотно должно было стать подарком на свадьбу секретаря Совета десяти Венецианской республики Николо Аурелио и Лауры Багаротто. Одним из косвенных подтверждений этой версии является герб Аурелио, который можно заметить на передней стенке саркофага.



К тому же картина наполнена свадебной символикой. Одна из героинь одета в белое платье, ее голову венчает миртовый венок (знак любви и верности). На девушке также надеты пояс и перчатки (символы, также связанные со свадьбой). На заднем фоне можно рассмотреть кроликов, подразумевающих будущее потомство.



Фон, на котором изображены женщины, также таит в себе символы: темная горная дорога – это верность и благоразумие, а светлая равнина означает телесные развлечения.



Не совсем вписывается в картину колодец в виде саркофага. К тому же на нем изображена античная сцена избиения Адониса богом войны Марсом. Исследователи склоняются к версии, что это своеобразная отсылка к пострадавшей репутации невесты Лауры Багаротто. Ее первый муж во время войны Венецианской республики и Священной Римской империи принял сторону врага. Его приговорили к смерти как изменника. Та же участь постигла и отца Лауры. Так что сюжет на саркофаге вполне мог быть напоминанием о ее прошлом.

Не только Тициан наполнял свои полотна скрытой символикой. В картине еще одного художника эпохи Возрождения Сандро Боттичелли

Шедевр раннего творчества Тициана, в котором с начала 1510-х годов все заметнее проступали черты стилистического своеобразия, отличавшие его произведения от образцов Джорджоне , - картина из римской галереи Боргезе, известная как «Любовь небесная и земная». В составленном в XVII столетии инвентаре коллекции оно была обозначена как «Красота обнаженная и одетая», однако большинство исследователей до сих пор стремятся отыскать более точное значение этого произведения венецианского художника.

Иногда ее рассматривали в связи с литературными источниками Ренессанса, однако значительно чаще в ее содержании находят отзвуки популярных в эпоху Возрождения идей неоплатонической философии. Сторонники этой версии связывают изображенную сцену с изложенной в платоновском «Пире» концепцией существования двух Венер, небесной и земной, которые символизируют божественную и земную любовь. Первая (обнаженная фигура справа) направляет помыслы к возвышенной красоте, существующей вне пределов чувственно постигаемой реальности, вторая - в сторону красоты, находящейся в материальном мире и воспринимаемой органами чувств.

Представители другой точки зрения связывали содержание произведения Тициана с жизненными обстоятельствами заказчика, которым, скорее всего, был секретарь Совета Десяти венецианец Никколо Аурелио, поскольку именно его герб помещен на передней стенке саркофага, по краям которого сидят обе героини. В 1514 году он женился на вдове из Падуи, некоей Лауре Багаротто, и, как полагали некоторые исследователи, женщина в нарядном белом платье - это не кто иная, как сама невеста, показанная вместе с покровительствующей ей богиней у священного фонтана Венеры.

Как и в «Сельском концерте» Джорджоне, основу композиционной схемы этой картины составляет изображение на переднем плане одетой и обнаженной фигур у водоема. Он расположен на площадке, вознесенной высоко над уровнем идиллического аркадского пейзажа, населенного крошечными фигурками пастухов, влюбленных и охотников. Произведение действительно содержит ряд бесспорных аллюзий на тему супружества. Сидящая слева женщина облачена в традиционное одеяние венецианской невесты, состоящее из светлого платья с алыми рукавами, пояса и перчаток. У нее в руках розы (один цветок лежит рядом на краю саркофага), а на голове - венок из листьев мирта, как и роза, издревле посвященного Венере и традиционно служившего символом брака; это является дополнительным подтверждением гипотезы о выполнении картины в ознаменование заключения супружеского союза.

Облик небесной Венеры у Тициана предстает в такой степени очищенным от всего житейского, что получает вид настоящего «моленного образа» языческой богини любви. В контрапостном положении фигуры богини Венеры, в плавном пространственном развороте и в выразительном характере контурного рисунка проступает сходство с произведениями классической скульптуры.

Сентябрь 22, 2018

Золотоволосые красавицы Венеции

Понятие «тициановская женщина» пришло к нам из XIV века. Точнее – «венецианская», поскольку статные золотоволосые красавицы заполняли полотна живописцев Венеции еще со времен Карпаччо. «Золотоволосость» венецианок была искусственной – соотечественницы Дездемоны (не исключено, что и она тоже) волосы попросту красили. «Возьмите» , — говорилось в одной старинной книге, — «четыре унции золототысячника, две унции гуммиарабика, и унцию твердого мыла, поставьте на огонь, дайте вскипеть, и затем красьте этим свои волосы на солнце» . Волосы приобретали золотисто-белокурый цвет, мода на который пришла из Северной Европы, куда венецианские купцы возили заморские товары. Если хотелось, чтобы волосы стали рыжими, в состав добавляли хну . По составляющим рецепта нетрудно было отследить географию венецианской торговли. Мыло сюда попало с Ближнего Востока еще в XII веке, а в следующем столетии венецианцы наладили и у себя его успешное производство. Гуммиарабик привозили из Северной Африки, хну – через Персию из далекой Индии. Только золототысячник сорняком произрастал в Италии повсюду.

Размах торговых связей Венеции был огромен. В начале XVI века она продолжала царить на Средиземноморье. Новые морские пути еще только-только осваивались. Колумб совершил свое первое путешествие к берегам Америки недавно, в 1492 году, а Кортес высадится там почти через тридцать лет. Испанцы и генуэзцы не составляли пока конкуренцию Венецианской республики – торговлю Европы с Востоком она по-прежнему прочно удерживала в своих руках. В море ей угрожали только турки-османы и шайки разбойников-пиратов. Но для охраны водных путей Венеция создала мощный флот, равного которому не было в Европе того времени. Он насчитывал более трех тысяч судов.

Богатство Республики росло. Золото, пряности, драгоценные камни, благовония, слоновая кость, парча, шелк, фарфор – все виды восточной роскоши приносились к ногам крылатого льва, герба Венеции, символа Св.Марка-евангелиста, ее небесного покровителя. Влияние Востока, особенно Византии, к тому времени попавшей под власть турок, ощущалось во всем. Венецианцев особенно привлекали пышность и зрелищность византийских традиций. Поэтому они щедро отдавали дань всем видам торжеств и театрализованных представлений от освященных церковью христианских праздников до церемонии «обручения с морем» венецианского дожа, главы Республики.

А венецианские женщины! Это им Европа была обязана модой на ажурные кружева, зеркала и драгоценное стекло местного производства, меха и речной жемчуг из заснеженной Московии, персидские ковры и китайский фарфор, серебряные столовые приборы из Византии. Никто не славился такой изысканностью в выборе благовоний и косметики , ни у кого не было столько шелков, парчи и бархата. Нигде не было столь безудержного веселья, пышных обедов и балов, на которых царило бы столько элегантно одетых красавиц. И ни в одном городе Италии не было художника, который воспел бы всю эту роскошь и великолепие женской молодости с такой осязаемой чувственностью. В Венеции был –


ит. Tiziano Vecellio (1488-90 — 1576)

class="hthird"> Уроженец заштатного городка Кадоре в Доломитовых Альпах на самой северной окраине венецианских земель, он был привезен в Венецию в десятилетнем возрасте. Свое обучение начал у известного мозаичиста Себастьяна Дзуккато . В то время тот работал над мозаиками собора Св. Марка. Маленький Тициано помогал ему и на всю жизнь сохранил страсть к сверканию красок, размаху и масштабности исполнения . Подростком перешел в мастерскую к братьям Беллини . Сначала учился у Джентиле, потом у Джованни. У них он в полной мере овладел живописным мастерством и стал отдавать предпочтение цвету, как главному выразительному средству живописи.

«В колорите он не имел себе равных…» —

напишут позже его биографы. Большое влияние оказал на него Джорджоне , его старший товарищ по мастерской. Одно время они работали вместе, и Тициан столь преуспел в подражании мастеру из Кастельфранко, что часто современники путали их работы. Да и сейчас, столетия спустя, специалисты гадают, кто из них двоих автор той или иной картины. Словом, молодой художник быстро впитал в себя самое лучшее, что к тому времени успела выработать венецианская школа.

Творческий путь Тициана

В конце первого десятилетия XVI века Венецию ожидали серьезные испытания . Созданная императором Священной Римской империи Максимилианом Габсбургским Камбрейская лига католических государств захватила в 1509 году северные венецианские территории. Ближайшие к Венеции города Верона, Падуя и Виченца перешли на сторону противника. С большим трудом венецианцам удалось вернуть свои земли, но победа далась ценою больших потерь . В следующем году город постигло новое несчастье – эпидемия чумы , во время которой умер Джорджоне .

На время уезжал из Венеции, а, вернувшись, в благодарность за избавление от страшной болезни написал алтарный образ для городской церкви Санта Мария делла Салюте . Имя его стало известным. Вскоре он получил свой первый государственный заказ на роспись батальными сценами Зала Совета десяти во Дворце дожей, где заседало правительство Республики. Работа имела большой успех. Настоящим триумфом Тициана стала его алтарная композиция «Ассунта» — «Вознесение Мадонны», — которую он написал по заказу францисканцев для церкви Санта Мария деи Фрари. Пренебрегая сложившимися традициями, он изобразил Богоматерь, стремительно поднимавшуюся в небесах к Божьему престолу в окружении целого сомна ангелов. Внизу вместе с прихожанами взирали на нее потрясенные апостолы. Иллюзия достоверности и торжественности происходящего была полнейшей за счет точно выверенной композиции и оригинального цветового решения. С этой картины началась его слава лучшего колориста Италии.

Заручившись надежной поддержкой церкви и властей, он стал первым претендентом на должность официального художника Венецианской республики, которую в то время занимал престарелый Джованни Беллини . Осталось найти себе влиятельных и богатых покровителей. В то время личным представителем римского папы в Венецию был назначен кардинал Пьетро Бембо. В молодости Бембо входил в «кружок интеллектуалов» при дворе герцога Урбинского. Его среди главных персонажей упоминал Кастильоне в своей книге «Cortegiano» — «Придворный». Разносторонне образованный, Бембо писал стихи, поэмы, труды по истории и философии, переводил с греческого и латыни. «Ассунта» Тициана произвела на него сильное впечатление, он обратил внимание на редкостный талант молодого венецианца. Бембо знал толк в живописи – на его глазах вырос Рафаэль.

Кардинал взял Тициана под свое покровительство. Именно он порекомендовал художника аристократу Никколо Аурелио , секретарю Совета десяти Венецианской республики. Тот заказал Тициану к своему бракосочетанию большую аллегорическую композицию,которой впоследствии дали условное название «Любовь земная и небесная».

Любовь земная и Любовь небесная

Любовь земная и небесная. 1514-15 гг Тициан (Тициано Вечеллио)(1488/90 – 1576) Галерея Боргезе, Рим.

…Заказ Аурелио был очень важен для Тициана. Это был шанс обрести «своих» постоянных клиентов среди самых влиятельных людей Венеции. Конечно, работа по заказу Республики была престижна и создавала прочную репутацию, а Тициан был честолюбив. Он хотел преуспеть в жизни, достичь того, чего в Риме, по слухам, достиг . Здесь, в Венеции, жизнь тоже стоила немало денег, надо было только уметь их зарабатывать. Монументальные церковные и правительственные заказы хорошо оплачивались, но отнимали уйму времени. Не лежать же по четыре года под потолком, расписывая его фресками, как это делал флорентиец Микеланджело , пусть даже по приказу самого папы! За сравнительно небольшие картины можно было получать от богатых заказчиков втрое, вчетверо против того, что платило скуповатое государство, как получал, например, покойный Джорджоне. А Никколо Аурелио был не просто богат и знатен. Он занимал видную должность в Совете республики. Его знала вся Венеция. У него были огромные связи. Если бы Тициану удалось угодить Аурелио, то перед ним открылась блестящая перспектива. Тот замолвил бы слово перед Советом, и Тициана назначили бы официальным художником города, минуя всех его конкурентов, даже Беллини, который тогда еще был жив. Аурелио порекомендовал бы Тициана своим друзьям, а стабильная клиентура, принадлежавшая к «сливкам общества», всегда была залогом преуспевания для любого художника.

Сложность, даже некоторая пикантность, ситуации, с которой столкнулся Тициан, получив заказ от Аурелио, состояла вот в чем. Никколо собирался жениться на некой Лауре Багаротто , молодой красавице-вдове, в которую был давно и страстно влюблен. Лаура была дочерью известного падуанского юриста Бертуччо Багаротто, который во время известных событий перешел на сторону воевавшей с Венецией Лиги. За измену Венецианской республики Совет десяти приговорил Бертуччо к смертной казни с конфискацией имущества, в том числе и приданого дочери. Вместе с ним был арестован и Франческо Борромео, муж Лауры. Не дождавшись приговора, он умер в тюрьме. Злые языки поговаривали, что инициатором его ареста был секретарь Совета Никколо Аурелио, желавший устранить ненавистного соперника. Через три года стараниями того же Аурелио Лауре было возвращено ее приданое, но отца и мужа было уже не вернуть. Любовь и нежная забота, которыми окружил Аурелио молодую женщину, возымели свое действие: она ответила ему взаимностью. Но благочестивой венецианке было нелегко решиться на брак с человеком, причастным к смерти близких ей людей. Аурелио прямо сказал Тициану, что его судьба во многом зависела от того, какое решение примет Лаура. Будущая картина должна была повлиять на решение красавицы. Расходы значения не имели.

«Аурелио прямо сказал Тициану,
что его судьба во многом зависела от того,
какое решение примет Лаура.
Будущая картина должна была повлиять
на решение красавицы. Расходы значения не имели…»

Тициан долго раздумывал над сюжетом. Он не получил хорошего классического образования, и всю жизнь у него были проблемы с латынью. Но годы общения с Беллини и Джорджоне научили его разбираться в древней и современной литературе. Он обратился к популярной в Венеции поэме «Алозанцы», автором которой был его покровитель кардинал Пьетро Бембо . Там упоминался знаменитый «Пир» Платона и его теория возвышенной «платонической» любви. Сам он Платона не читал – не знал древнегреческого, а над рассуждениями о бестелесной любви смеялся. Пусть рафинированные флорентийцы рассуждают о ней, у них, венецианцев, слава Богу, в жилах течет живая кровь, а не водица, разбавленная тосканскими винами. Но раз это стало так престижно, можно было написать и на эту тему, только не забыть бы еще «Гиперэротомахию Полифема», поэму Франческо Колонны. Ее сюжет частично использовал Джорджоне в своей «Венере». Так утверждали венецианские знатоки. «Гиперэротомахия» — «Битва Любви в сновидениях Полифема» — была, как считал Тициан, ближе Аурелио в его состоянии — не трудно было догадаться, какие сны того одолевали. Тициан и сам тогда был влюблен.

…Никколо Аурелио долго не мог отвести глаз от почти трехметрового холста, сверкавшего еще не просохшими красками. Две прекрасные молодые женщины сидели по углам небольшого мраморного бассейна, из которого вылавливал плававшие розы маленький Амур. Одна из женщин, по виду венецианка, в пышном свадебном платье, с распущенными по плечам золотистыми волосами, прижимала к себе ларец с украшениями. Другая, совершенно обнаженная, чью роскошную наготу подчеркивал алый шелковый плащ, держала в руке чашу с курившимися благовониями. За спинами красавиц открывался взору очаровательный летний пейзаж: слева — замок и башня на поросшем лесом холме, справа – речная долина и силуэты городка за темневшей полосой деревьев. Тут же, на лугу, паслось стадо овец, шла охота на кроликов, «под сенью дерев» целовались влюбленные. Мраморный бассейн своими очертаниями напоминал саркофаг Адониса, мифического возлюбленного Венеры, убитого на охоте разъяренным вепрем. На боковой стенке бассейна был выбит барельеф с соответствующей сценой из «Метаморфоз» Овидия и герб рода Аурелио. Это был прямой намек на то, что в случае отказа, Никколо Аурелио могла бы ожидать столь же печальная учесть. Обнаженная красавица, по-видимому, сама Венера, уговаривала «венецианку» сдаться всепобеждающему чувству любви и обещала тихие радости супружества , которые олицетворяли картины мирной сельской жизни у нее за спиной, в первую очередь кролики – старинный символ плодородия . Но, видно, «венецианка» с трудом поддавалась увещеваниям богини. Ее несокрушимую добродетель подчеркивали мощные стены замка и веточка чертополоха в руках — знак супружеского постоянства . В то же время она совсем не спешила возвращать ларец со свадебными подарками, и это внушало некоторую надежду.

Все на картине было залито переливами вечернего света, мерцанием шелка, сиянием бело-розовых женских тел. Мягкие «пастельные» краски летнего вечера создавали задумчиво-лирическое настроение. Любовная страсть перетекала в нежность. Пленительная «земная» женственность венецианки смягчала эротизм «небесной» наготы богини:

«Ее улыбка, грация живая,
и золото волос, и нежные уста –
и вся она, прекрасна и чиста,
сошла с небес, как воплощенье рая.
И повторяю я, не уставая,
что все на свете – тлен и суета,
нетленна только эта красота,
хоть смертна эта женщина земная» —

так отзывался о венецианках португальский поэт Антонио Феррейра , побывавший в Венеции в начале XVI века и покоренный их очарованием. Что удалось ему в стихах, Тициан воплотил на картине. Те же чувства разделял и Аурелио. Он был очень доволен работой художника. На Лауру Багаротти картина, по-видимому, тоже произвела отрадное впечатление, ибо их свадьба состоялась. Тициан обрел признание и заказчиков в кругах венецианской аристократии. Он уже не искал состоятельных клиентов – они сами осаждали его с просьбами написать для них портреты и аллегории.

Их было тогда трое в Венеции, самых знаменитых представителей «изящных искусств»: он, Тициан, Пьетро Аретино , блестящий писатель-памфлетист, обладавший неуемным характером и сочным язвительным языком сатирика, и Якопо Сансовино прославленный архитектор, украсивший берега Большого Канала фасадами своих великолепных творений. Друзья часто собирались в большом доме художника на Бирри Гранде, куда он переселился сразу после смерти жены. Чечилия умерла после родов дочери Лавинии, прожив с ним в браке всего пять лет и оставив ему троих детей. Второй раз Тициан так и не женился. Дом его сделался одним из самых богатых и посещаемых в Венеции. Он любил жить на широкую ногу, предпочитал веселые компании, шумные застолья, общество красивых и беззаботных женщин. Как истинный венецианец, он любил деньги и все блага, которые они давали: комфорт, модную одежду, изысканную еду, дорогие безделушки. Они обеспечивали ему относительную независимость, и он научился их зарабатывать. Его кисть рождала шедевр за шедевром.

Он любил жить на широкую ногу,
предпочитал веселые компании,
шумные застолья,
общество красивых
и беззаботных женщин…

В середине тридцатых годов шестнадцатого столетия в его творчестве получила продолжение тема «любви небесной и земной», начатая им пятнадцать лет назад картиной для Никколо Аурелио. На сей раз его заказчиком стал Гвидобальдо делла Ровере, будущий герцог Урбинский. Для него он создал свою «Венеру», решительно переосмыслив образ богини красоты на свой «венецианский» лад. Лишь композиционно она напоминала «Спящую Венеру» Джорджоне. Это был символ чувственной плотской любви и счастливого супружества в облике реальной земной женщины. Модель, которая позировала Тициану для «Венеры Урбинской» , стала его новой сердечной привязанностью. Он написал целую серию ее портретов, один из которых назвал просто – «La Bella» — «Красавица». Имя этой женщины осталось неизвестной. При всей открытости своей страстной натуры Тициан был очень деликатен в отношениях со своими возлюбленными. Жизнь его как официального живописца Венецианской республики была у всех на виду, но он ни разу не был замешан ни в одном альковном скандале. Он сознательно ограждал свою личную жизнь от любопытных взоров.

Тициан никогда не увлекался идеями неоплатонизма как Боттичелли или поисками идеальной красоты как Рафаэль. Он просто наслаждался ею. Встречая на своем пути молодую красивую женщину, он влюблялся в нее и обращал в богиню. В этом образе она появлялась на его полотнах, соединяя в себе небесное и земное. Ему не важно было знать, кто она: герцогиня, натурщица, любимая дочь Лавиния, экономка в доме или цветочница с площади Св.Марка. Все они были для него «Le Belle» — «красавицами», олицетворявшими чувственную прелесть любимой Венеции, воплощением светлой жизненной радости. Он был оптимист и доверял своим ощущениям, не теряя при этом трезвости прагматика. Любовь «земная и небесная» слились в нем и его творениях воедино.


Тициан увековечил свое имя, создавая прекрасные полотна, воплощая сюжеты из Библии и мифологии. Кроме того, он был выдающимся портретистом. Его кисти принадлежит более ста полотен, на многих из которых запечатлены выдающиеся личности его времени, а жил Тициан в первой половине XVI века, в Венеции. Уже к тридцати годам его признали лучшим художником Венеции. Короли и римские папы заказывали ему свои портреты, не говоря уже о знати калибром поменьше. И среди всего его творческого наследия особое место занимает картина «Любовь небесная и Любовь земная».

Есть основания полагать, что картина «Любовь небесная и Любовь земная» была написана по заказу Никколо Аурелио, секретаря Совета десяти Венецианской республики. Никколо женился и картине была отведена роль свадебного подарка. Стоит отметить, что современное название картина имела не сразу — она была именована именно так не ранее, чем спустя два века с даты создания — 1514 года. В 1608 году картину купил кардинал Шипионе Боргезе, известный меценат и коллекционер предметов искусства. В его каталоге картина числилась под несколькими именами: «Красота приукрашенная и неприукрашенная», «Три типа любви», «Божественная и светская женщины». Название «Любовь небесная и Любовь земная» возникло в том же каталоге в 1792 году.

Сюжет картины до сих пор вызывает бурные дискуссии. Существуют две основные версии. Согласно первой, на картине Венера уговаривает Медею помочь Ясону, что является заимствованием из популярной в то время книги «Hypnerotomachia Poliphili», авторство которой приписывают доминиканскому монаху Франческо Колонна. По другой версии, на картине Тициан изобразил собственную возлюбленную — красавицу Виоланту, изобразив ее в земной и божественной форме. Но каким бы ни был изначальный сюжет, он оказался позабыт, поскольку не имел особого значения в сравнении с художественной силой полотна.

Существует мнение, что Тициан старался передать определенное душевное состояние. Пейзаж, выполненный в мягких и спокойных тонах, ясная звучность цвета красивых и несколько холодных в тоне одежд, свежесть обнаженного тела — все это создает ощущение спокойной радости. Поэтическому единству и умиротворенному настроению картины в немалой степени способствует и пейзаж. Разливающиеся лучи заходящего солнца, тёмно-зелёные кроны деревьев, тяжёлые влажные облака над неподвижной водой самым чудесным образом гармонируют с красотой женщин.

Если попытаться интерпретировать символы и знаки на картине, то с уверенностью можно указать лишьна герб Никколо Аурелио, расположенный на передней стене саркофага и амура, определенно символизирующего Любовь. Все остальное так и останется на территории домыслов и догадок, а потому — лучше оставить попытки наделить картину каким-либо смыслами и просто любоваться ее визуальной красотой. Быть может именно внутренняя тишина и умиротворенность — истинная цель картины, ведь разве можно найти лучшее состояние, чтобы испытывать любовь земную и небесную?

В настоящее время картина «Любовь земная и любовь небесная» находится в коллекции галереи Боргезе, в Риме.

Дорогие друзья!

Предлагаю вам «расследование» картины Тициана «Любовь земная и Любовь небесная».

Это было очень интересно и увлекательно - путешествовать по тициановским лабиринтам.

Здесь необходимо маленькое предисловие. Эту картину Тициана я знала с детских лет. С самого раннего возраста - я ее чувствовала, осязала, впитывала. Еще раньше, чем я начала читать - я листала альбомы по искусству, которые были в нашем доме. И эта картина не могла пройти мимо меня. Две прекрасные молодые женщины - как символ вечной красоты и бессмертия на фоне величественных пейзажей. Так эта картина и хранилась в моей памяти.

Бизнесмен, писатель, сценарист и коллекционер Олег Насобин под ником avvakoum посвятил этой картине серию постов:
http://avvakoum.livejournal.com/410978.html

http://avvakoum.livejournal.com/411595.html

http://avvakoum.livejournal.com/412853.html

http://avvakoum.livejournal.com/950485.html

Прочитав эти посты, я задумалась: возможно, у моей картины есть и свой тайный смысл, невидимый на поверхности, Какой? Я попыталась разгадать его. И свои размыщления по этому поводу предлагаю вам.

Я внимательно прочитала посты Олега Насобина и комментарии к ним. Какие-то находки и детали я взяла на вооружение. Спасибо за них. Буду благодарна за все замечания уточнения, дополнения и возражения.

Отправной точкой моего исследования явлился тот факт, что заказчиком данной картины выступил Никколо Аурелио, секретарь Совета десяти Венецианской республики. Совет десяти - орган управления могущественной Венецией, жемчужины Адриатики. заказчик выступал явно не от себя, а от других сил, которые пожелали остаться неизвестными.
Но для «легенды прикрытия» - картину заказывал Аурелио в качестве подарка невесте - молодой вдове Лауре Богаратто, на которой он впоследствии и женился. Для укрепления «легенды» на передней стенке саркофага был изображен герб Аурелио. Но все это «дымовая завеса», призванная отвлечь от настоящего смысла картины и от настоящих «заказчиков». Любопытно отметить, что свое название «Любовь земная и любовь небесная» картина получила почти спустя два века после ее создания.

Очевидно, что при жизни Тициана картина была безымянной, или ее настоящее название знал только узкий круг лиц.

В чем же состоит загадка картины? Что на самом деле изобразил Тициан? Нужно сразу сказать, что великий художник был посвящен в хитросплетения тайной истории и тайных обществ.

Обратимся к самой картине. Что мы видим на ней?

Две молодые женщины - обнаженная и одетая в пышное платье сидят на краю заполненного водой саркофага, куда запустил свою руку купидон.

На заднем фоне Любви Небесной течет река.

Реку можно трактовать как подземную реку Алфиос, аллегорию тайных «подземных преданий, символ невидимых знаний, передаваемых «посвященными» от поколения к поколению.

А можно трактовать Реку - как небесное учение. Следует отметить, что вода издавна символизирует информацию, Знания.

Можно предположить, что в саркофаге находится вода из этой священной реки. Из саркофага в свою очередь выливается струя воды, питающая куст, изображенный на переднем плане картины. То есть в данном случае саркофаг - Источник.

Какая же вода-Знание концентрируется в саркофаге?

Прибегнем к дешифровке.

Подсказок тут несколько. Это и тамплиерская башня за спиной «земной» женщины, то есть учение тамплиеров и сам саркофаг. Сейчас мы увидим, что это именно саркофаг, а не бассейн или фонтан, как толкуют некоторые комментаторы картины.

Саркофаг - резной каменный гроб. И если это гроб, то чьи же останки лежат там? И здесь мы имеем следующие «намеки». Блюдо и купидон. Некоторые комментаторы указывают на то, что ангелочек вылавливает из воды цветы. Но цветы, как известно, плавают на поверхности воды, а не тонут. Так что же, ищет в воде ребенок? Для ответа достаточно посмотреть на блюдо. Точно такое же блюдо изображено на картине Тициана «Саломея с головой Иоанна Крестителя».

Интересно отметить, что у Тициана есть три картины на эту тему.

Первая из них написана спустя год после создания «Любви небесной и Любви земной». И блюдо там - другое. Но есть «подсказка» в виде правой руки, обмотанной алой накидкой. У Любви земной - тоже правый алый рукав

А вот на картине, написанной уже в 1560 году, изображено «наше» блюдо.

Любопытный факт, что картина «Саломея» оказалась «пророческой» в отношении одного знакового исторического события. С 1649 года «Саломея» Тициана находилась в собрании дворца Хэмптон-корт в Великобритании. И в этом же году был обезглавлен английский монарх Карл I .

И еще на одной картине, где изображена Саломея - тоже можно видеть уже знакомое нам блюдо.

(В скобках можно отметить, что с этой картиной связана история, подоБная той, что описана Олегом Насобиным в посте: «Сотбис лишил клиента денег и сна» http://avvakoum.livejournal.com/1281815.html

Те, кто хочет ознакомиться с материалом, касающимся картины Тициана - могут пройти по ссылке http://thenews.kz/2010/02/25/267486.html).

Итак, мы установили, что по каким-то причинам спустя годы Тициан решил «расшифровать» блюдо, написанное им ранее и «связать» его с головой Иоанна Крестителя.

Как известно, по легенде Иоанн Креститель был первым Великим Магистром Приората Сиона.

Значит, художник в символичном виде изобразил Приорат Сиона; при этом вода (учение Приората Сиона) в свою очередь становится источником питания (Знания) для куста. Оно как бы «рождает» этот куст. При этом, как я уже упоминала, сзади «любви земной» тамлиерская башня…

Итак, ключ к разгадке картины - КУСТ. Что это за куст?

Это - ПЯТИЛЕПЕСТКОВАЯ РОЗА, нечто среднее (или гибрид) розы и шиповника. Точнее, вид старейшей розы - Шиповника собачьего. Как известно, шиповник - прародитель роз.

Эта пятилепестковая роза являлась магическим растением розенкрейцеров. Если приглядеться, то можно увидеть, что и сам куст «нарисован» в форме креста.

Это растение, листья пятилепестковой розы изображались на символах ордена Розенкрейцеров.

Интересно, что в Чехии, в которой были сильны разные мистические течения, каждый год в Крумлове проводится Праздник Пятилепестковой розы. Эта роза изображена на флаге и гербе Чешского Крумлова.

Но на этом значение пятилепестковой розы не исчерпываются.

Пятилепестковая роза - это и Роза Тюдоров, традиционная геральдическая эмблема Англии и Хэмпшира . Она есть на гербе Великобритании и Канады.

И эта же пятилепестковая роза изображена на карте Таро - старшем Аркане под номером 13. Смерть.

Геральдическая пятилепестковая роза являлась символом мастера-подмастерья в масонском учении.

А учение розенкрецеров, как известно, стало предтечей масонства в том виде в каком оно дошло до нашего времени.

Если провести «расследование» картины дальше, то дерево сзади ангелочка можно классифицировать как вяз. По форме кроны, форме листьев, плотности кроны. Конечно, это всего лишь предположение, но сравнив несколько фото вязов с изображением дерева на тициановской картине, я вполне допускаю этот факт.

Тогда можно предположить, что на картине изображено историческое событие, известное как «рубка вяза», когда произошел разрыв тамплиеров с Приоратом Сиона и место тамплиеров заняли розенкрейцеры. Во всяком случае - многие детали на картине, уже рассмотренные нами, говорят именно об этом.

Но вернемся к нашим дамам.

«Земная» дама держит в руке цветок пятилепестковой розы. Цветок у нее в руке, но рука в перчатке, и она еще не осязает цветок кожей, то есть между ней и Учением розенкрейцеров - преграда. Споры вызвает предмет под рукой Любви земной. Одни говорят, что это - чаша, другие - мандолина. Хотя возможно Тициан нарочно «зашифровал» чашу. Если бы он хотел изобразить мандолину так, чтобы не оставалось «просторов» для иных толкований, он бы это сделал. Но по каким-то причинам однозначная трактовка предмета под рукой Любви земной - затруднительна. Таким образом, Тициан «намекает» нам на чашу.

В этом случае легко проводятся следующие аналогии, во-первых, с Чашей Грааля, во вторых, чаши - использовались в ритуалах розенкрейцеров. Предмет в руке Любви небесной можно определить как курильницу, которая тоже использовалась в ритуальных обрядах розенкрецеров.

Любовь земная смотрит в глаза зрителю, а любовь небесная - на ее красную туфельку (или золотисто-красную), точнее - кончик туфли. Когда-то давно я читала, что красные туфельки - символ богини Изиды, символ посвященного. Если идти дальше, то можно провести аналогию с красными папскими туфлями. Тоже символом «высокого посвящения».

Итак, с большОй долей вероятности можно сказать, что «при» этой картине происходило посвящение в члены Ордена Розенкрейцеров. Происходил процесс инициации. И также вероятно, что этот процесс включал в себя обряд целования кончика красной туфли. Две дамы похожи друг на друга, они «связаны» саркофагом и приближены к зрителю в равной мере. У них две ноги на двоих, так как нога «небесной любви» спрятана от глаз зрителя, а ногу второй символизирует кончик красной туфли. Можно сказать, что в таком зашифрованном виде заключен главный постулат Герметизма: «что наверху,тоивнизу,чтовнизу,тоинаверху». То есть, небесное отражается в земном, а земное - в небесном.
Эту картину хотел купить один из Ротшильдов. Но его предложение было отклонено. Символ тайных мистерий остается на территории Италии. В Риме. Городе, где находится Ватикан - один центров управления миром.

Вопросы еще есть. Можно ли Любовь земную отождествить с Саломеей, а Любовь небесную - с Марией Магдалиной (хотя ее волосы не распущены, как в канонических изображениях)?

Или здесь идет отсылка к Шестому аркану Таро - Любовники…

Не все загадки Тициана еще разгаданы, а значит, нас ждут новые открытия и находки…

Я буду благодарна за все уточнения, дополнения и комментарии.